Игра за обедом — Библиотека Морровинда

«…Вот что произошло прошлой ночью.

Вчера утром я получил приглашение на ужин от принца. Моя паранойя заставила меня приказать одному из слуг, верному парню, следить за дворцом и докладывать, если произойдет что-либо необычное. Непосредственно перед ужином он вернулся и рассказал мне, что видел.

j1725715_1329344891




Какого-то бродягу в лохмотьях пустили во дворец, и он находился там какое-то время. Когда он уходил, мой слуга разглядел его лицо — это был алхимик с ужасной репутацией, продавец экзотических снадобий.

Слуга также сообщил, что когда алхимик входил во дворец, раздались запахи виквита, горьколистника и еще чего-то незнакомого, сладкого. Когда тот уходил, запахов уже не было.

Он пришел к тем же выводам, что и я. Принц покупал ингредиенты для снадобья. Сам горьколистник может быть смертельным, если съесть его сырым, но другие составляющие предполагали что-то действительно серьезное. Как вы понимаете, когда я шел на ужин, я был готов ко всему.

Все остальные советники Хелсета также присутствовали, и я заметил, что они насторожены. Конечно, я сразу решил, что я в шпионском гнезде, и все знают о тайной встрече принца. Может, некоторые и знали об алхимике, на остальных так повлияло само приглашение принца, а третьи переняли волнение от своих осведомленных коллег.

Принц, однако, был в прекрасном настроении, и скоро все успокоились. В девять мы собрались в столовой, где уже был подан ужин. И какой ужин! Ароматные супы, яблоки в меду, различное жаркое, все сорта рыбы и дичи. Хрустальные и золотые кувшины вина, флина, шайна и мацте стояли на столах. Но какими бы соблазнительными ни были ароматы, мне вдруг пришло в голову, что среди этих запахов нельзя было обнаружить запах снадобья.

Во время ужина я лишь притворялся, что ем и пью. На самом деле я не проглотил ни кусочка. Наконец, со стола убрали еду и тарелки и поставили супницу с ароматным бульоном. Слуга, принесший ее, вышел из зала и закрыл за собой дверь.

«Пахнет чудесно, принц мой, — сказала маркиза Колгар, норд. — Но боюсь, я не смогу больше ничего съесть.»

«Ваша светлость, — добавил я шутливым тоном. — вам известно, что каждый из нас готов умереть за то, чтобы сделать вас нашим королем, но неужели вы хотите, чтобы мы уже сейчас умерли от обжорства?»

Все за столом замычали в знак согласия. Принц Хелсет улыбнулся. Клянусь Вернимой, даже вы не видели такой улыбки, что играла тогда на его устах.

«Забавно. Видите ли, как некоторые из вас наверняка уже знают, сегодня я встречался с алхимиком. Он показал мне, как сделать одно великолепное снадобье, а также противоядие от него. Это очень сильное снадобье, и оно прекрасно подходит для реализации моих целей. Ни одно заклинание не поможет вам после того, как вы выпили его. От смерти вас может спасти только противоядие в супнице. А какая это будет смерть… С нетерпением жду, когда же увижу представление, которое обещал мне алхимик. Наверное, это будет невероятно болезненно, но очень весело.»

Никто не проронил ни слова. Я слышал, как сердце бьется у меня в груди.

«Ваше величество, — сказал Алларат, данмер, которого я подозревал в союзе с Храмом, — вы отравили кого-то за этим столом?»

«А вы догадливы, Алларат, — ответил принц Хелсет, обводя взглядом присутствующих. — Мало кого я здесь ценю. Честно говоря, проще будет сказать, кого в этой комнате я не отравил. Я не отравил всех, кто служит лишь одному господину, всех, кто действительно верен мне. Я не отравил тех, кто хочет видеть короля Хелсета на троне Морровинда. Я не отравил тех, кто не шпионит на Империю, Храм, Телванский дом, дом Редоран, дом Индорил, дом Дрес.»

Вы не поверите, но произнося последние слова, он посмотрел прямо на меня. Я уверен в этом. Я давно научился не показывать свои мысли, но в тот момент в моей голове пронеслись все мои секретные встречи, все зашифрованные послания, которые я вам посылал. Что ему известно? Даже если он ничего не знает наверняка, в чем он меня подозревает?

Я почувствовал, как сердце забилось еще быстрее. Что это, страх или яд? Я не мог сказать ни слова, так как знал, что голос мой меня выдаст.

«Те, кто всегда был мне верен, сейчас думают, как я могу быть уверен, что пострадают только виновные. А еще они думают, что если виновные подозревали подвох и ничего сегодня здесь не ели и не пили? Возможно, так и есть. Но даже те, кто только притворялся, что он ел, подносил к губам вилку, ложку или бокал. Видите ли, с едой все было в порядке. Отравлена была посуда и приборы. Если вы ничего не ели, очень жаль, потому что вы все равно отравились, а жаркое так и не попробовали.»

У меня на лице выступил пот, и я отвернулся от принца, чтобы он этого не заметил. Все советники сидели скованные страхом. От маркизы Колгар, белой от ужаса, до Кемы Инебб, дрожащей всем телом; от нахмуренного Алларата до застывшего Бергесса.

И тогда я подумал, неужели весь совет принца состоит из одних шпионов? Был ли хоть один преданный ему человек за этим столом? И потом я подумал, если бы я сам не был шпионом, знал бы об этом принц? Всем его советникам хорошо известно, насколько развита у него паранойя. Был бы я в безопасности, если бы я не был шпионом дома Дрес?

Возможно, остальные думали о том же, и шпионы, и верные советники.

Тут принц заговорил, обращаясь к собравшимся: «Яд действует очень быстро. Противоядие необходимо принять в ближайшую минуту, иначе вы умрете.»

Я не мог определить, отравлен я или нет. У меня болел желудок, но я напомнил себе, что ничего не ел за столом. Сердце бешено колотилось в груди, а на губах ощущалась горечь корня трамы. Но был ли это яд или приступ страха?

«Это последнее, что вы услышите, если вы меня предали, — сказал принц Хелсет. На его губах играла все та же улыбка. Он смотрел, как его советники нервно ерзают на местах. — Выпейте противоядие и живите.»

Мог ли я доверять ему? Я подумал о том, что я знаю о принце. Казнит ли он выдавших себя шпионов или отошлет их к их господам? Принц был жесток, но от него можно было ожидать всего. Естественно, весь этот ужин был устроен для того, чтобы испугать нас. Что бы сказали мои предки, если бы я присоединился к ним после того, как меня отравили за столом? Что бы они сказали, если бы я выпил противоядие, признавая таким образом свою вину перед Хелсетом, а потом меня бы казнили? И признаюсь, я думал о том, что скажете вы, узнав, что я мертв.

Я настолько погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как Бергесс спрыгнул со своего стула. Вдруг я понял, что у него в руках супница, и он жадно пьет из нее. Вокруг стояли стражники, хотя я даже не заметил, как они вошли.

«Бергесс, — сказал принц Хелсет, все еще улыбаясь,- вас видели у Призрачных Врат. Дом Редоран?»

«А вы не знали? — Бергесс горько засмеялся. — Никаких домов. Я служу вашей сводной сестре, королеве Вэйреста. Я всегда служил ей. Именем Акатоша, вы отравили меня, потому что считали, что я служу этим чертовым темным эльфам?»

«Вы наполовину правы, — сказал принц. — Я не знал, на кого вы работаете. Я даже не знал, что вы шпион. Но вы ошиблись, когда решили, что я отравил вас. Вы сами себя отравили, выпив из супницы.»

Я не буду описывать вам смерть Бергесса. Я знаю, что вы достаточно повидали за свою долгую жизнь, но поверьте мне, вы не захотите узнать, как он умер. Жаль, я не могу стереть ту сцену из своей памяти…»