Славомир Мрожек — польский писатель, драматург, эссеист, художник.

Славомир Мрожек (польск. Sławomir Mrożek; 29 июня 1930, Боженчин, Малопольское воеводство — 15 августа 2013, Ницца) — польский писатель, драматург, эссеист, художник.

Славомир Мрожек — польский писатель, драматург, эссеист, художник.


Славомир Мрожек родился 29 июня 1930 года в Боженчине, возле Кракова, в семье почтальона.

Литературную деятельность начинал в краковской газете «Дзенник польски», где поначалу пребывал «в качестве редакционного мальчика на посылках», занимался текущей газетной работой, писал на разные темы. Публиковал рисунки в популярном еженедельнике Пшекруй. Первые фельетоны и юморески увидели свет в 1950 году. Произведения, опубликованные в периодике, составили сборник «Практичные полупанцири» (1953), вышла в свет и повесть «Маленькое лето» (1956). В 1956 году Мрожек впервые оказался за границей, он посетил СССР, был в Одессе.

В конце 1950-х годов писатель оставил журналистику, обратившись к драматургии, и в 1958 году была поставлена его первая пьеса «Полиция».

В начале 1960-х переехал из Кракова в Варшаву.

В 1963 выехал из страны (но с сохранением гражданства), жил в Париже, США, Германии, Италии и Мексике. C 1978 — гражданин Франции. В начале 1990-х пьесы С. Мрожека были поставлены во многих советских театрах, но быстро сошли со сцены из-за низкой посещаемости.

C 1994 публиковал заметки и рисунки в Газете Выборчей. В 1996 году вернулся в Польшу. В 2002 пережил инсульт, следствием которого стала афазия, в борьбе с ней Мрожек написал автобиографию Валтасар (2006). В 2008 вновь уехал из страны и жил во Франции.

Утром 15 августа 2013 года издательство Noir Sur Blanc сообщило о смерти писателя в Ницце.

Польско-польский диалог

А. Так вы утверждаете, что вышибли мне зубы и отбили почки ради моего же блага?

Б. Конечно. Должен же был вас кто-то избить — если б не я, это сделал бы кто-нибудь другой. Сами знаете кто. Но только он травмировал бы вас значительно сильнее: уж он бы вам не только вышиб зубы и отбил почки, но и сломал ключицы, вырвал ногти и выдавил глаза. Так что, вместо того чтобы меня ненавидеть, вы должны быть мне благодарны.

А. Значит, вы не потому меня искалечили, что я вам не нравлюсь?

Б. Я хотел уберечь вас от еще большего зла.

А. И вам самому не было в этом никакой корысти?

Б. Разумеется, нет, как вы только можете…

А. Никакой личной выгоды?

Б. Терпеть не могу личной выгоды. Прямо-таки отвращение к ней испытываю. Мне по сердцу только общее благо, а стало быть, и ваше тоже.

А. Выходит, вы ради меня собой жертвуете?

Б. Естественно, жертвую. Думаете, мне приятно зубы вам вышибать да почки отбивать?

А. А то нет?

Б. Что вы, в самом-то деле. Что за гнусные подозрения. Напротив, мне было чрезвычайно неприятно. Я плакал, но бил.

А. Действительно, настоящее самопожертвование. Столько неприятностей, столько труда. Вы ведь при этом чертовски устали, не так ли?

Б. Уфф, да уж, тяжкая была работенка.

А. Вот именно. Столько усилий, столько хлопот, и все ради меня чтоб мне было не хуже, а лучше.

Б. Да-да.

А. Исходя из моих интересов, в заботе обо мне, ради моего же блага.

Б. Исключительно.

А. Ничего для себя, все — для меня. Не правда ли?

Б. Именно так.

А. Так вот, если то, что вы сделали, не принесло вам ни удовольствия, ни выгоды, а ровным счетом наоборот, если вы готовы на любые лишения, только бы мне стало легче, а не тяжелее, и поскольку вы, как я понимаю, сами меня на это уполномочили, в связи со всем этим…

Б. Ну, в чем дело?

А. Осмелюсь обратиться к вам с одной просьбишкой. Раз уж вы до такой степени собою жертвуете…

Б. Ах, право, я охотно, чем могу…

А. …Так разрешите мне и дальше вас все так же ненавидеть.