Булат Окуджава поёт свои песни (1984 г.)

Булат Шалвович Окуджава (при рождении назван родителями Дориа́ном, в честь Дориана Грея);
9 мая 1924, Москва, СССР — 12 июня 1997, Кламар, Франция

Автор около двухсот авторских и эстрадных песен, написанных на собственные стихи и кавказские народные сказания (эпосы), один из наиболее ярких представителей жанра авторской песни в 1960-е—1980-е годы

…И ты, который так угрюм, и ты, что праздничен. Вы оба.
Мы стали братьями давно, мы все теперь родня до гроба.
И тот, что в облачке витает, и тот — в подвальном этаже,
нам не в чем упрекать друг друга, делить нам нечего уже.

Пустые лозунги любви из года в год теряют цену,
хоть посиней до хрипоты, хоть бейся головой о стену.
Они слабы и бесполезны, как на последнем вираже,
и мы уж не спешим друг к другу: спешить нам незачем уже.

Но если жив еще в глазах божественный сигнал надежды,
подобный шепоту листвы — необъяснимый, вечный, нежный,
но если на сердце тревожно, но если горько на душе,
рискнет ли кто сказать, что нынче терять нам нечего уже?

* * *

Впереди идет сержант.
На груди лиловый бант.
А в глазах его печальных —
и надежда и талант.

Он не любит воевать.
Он не хочет убивать.
Он ничьи не может жизни
у природы воровать.

А за ним идет солдат
не высок, не бородат.
Он такому командиру
и признателен, и рад.

У него в дому жена.
Не нужна ему война.
А уж если разобраться,
то кому она нужна?

Эти двое — просто сон
в обрамлении погон,
исключение из правил,
а не норма, не закон.

А у прочих все не так:
все вояки из вояк,
а с вояками такими
уцелеть нельзя никак.

* * *

Мой дом под крышей черепичной
назло надменности столичной
стоит отдельно на горе.
И я живу в нем одиноко
по воле возраста и рока,
как мышь апрельская в норе.

Ведь с точки зрения вселенной
я мышь и есть, я блик мгновенный,
я просто жизни краткий вздох…
Да, с точки зрения природы
ну что — моя судьба и годы?
Нечаянный переполох…