Коты в средневековье

Россказни о том, что в средние века кошки суть твари богомерзкие и порождения диавольские, — не более, чем один из популярных мифов о мрачном средневековье. Кошек в Европу привезли ещё греки, а римляне расселили их по всей империи, существовала на кельто-германском Западе и дикая популяция кошачьих.


The Luttrell Psalter, England ca. 1325-1340. British Library, Add 42130, fol. 26r

Другое дело, что держали кошек в качестве мышеловных зверей разве что в богатых монастырях и религиозных общинах с крепкими традициями, в деревнях с дератизацией прекрасно справлялись ласки и хорьки.


Museum Meermanno, MMW, 10 D 7, Folio 37v

А так кот выступает как персонаж в загадке Альдхельма, в баснях Евгения и Алкуина (где, довольно забавно, подменяет традиционного волка), кот Пангур Бан ловит мышей в келье ирландского монаха, который, глядя на кота, отвлекается от божественного, чтобы на полях пергамента написать, что у них с котом схожие задачи: ловить мышей, ловить слова. Валлийские законы Х века оценивают кошку, которая «видит, слышит, ловит мышей, сохранила все когти и выкармливает котят, не пожирая их», в четыре пенса.


Northumberland Bestiary, c 1250-1260, fol. 33

Чёрное время для котов, прежде всего, чёрных, начинается в 1233 году, когда папа Григорий IX издаёт послание Vox in Rama, адресованное архиепископу Майнцскому, епископу Хильдесхаймскому и Конраду Марбургскому. Послание, вообще-то, было направлено против катаров, а коты попали под раздачу за то, что именно в образе «чёрного кота размером со среднюю собаку» катарам якобы являлся дьявол.


Museum Meermanno, MMW, 10 B 25, Folio 24v

Являлся он им также в образе крупной жабы, козла и ряда птиц… в общем, обычная пропаганда времён иссечения маргинальных христианских течений, стандартный набор ужасов, творимых еретиками, включающий целование зверей в срамные части и свальный грех после трапезы, когда задуют свечи, милый Казобон, с мёдом и перцем. Лови котов, жги котов — получишь чуму по всей Европе через сто лет, никакой эпидемиологической подготовки. Только, простите, какое же это средневековье? Это уже излёт высокой готики, до «Божественной комедии» меньше ста лет остаётся.


Book of hours, France 15th century. Beinecke Rare Book and Manuscript Library, MS 662, fol. 21r

Другое дело, что коты у переписчиков и рисовальщиков средневековья не в традиции, навык передаётся от учителя к ученику, драконы и грифоны несколько более реальны для средневекового сознания, чем коты, рыщущие по амбару в трёх минутах ходьбы от скриптория. Объяснять малочисленность рисованных котов тем, что они связаны с нечистой силой, по меньшей мере странно, учитывая обилие змей, жаб, удодов, козлов и собственно чертей на полях средневековых книг и в украшениях буквиц.


Book of hours, France 15th century. New York Public Library, MA 47, fol. 29r

Средневековая наука кота не забывает. У Исидора Севильского в «Этимологиях», это VII век, рассматривается происхождение двух названий животного: musio, потому что ловит мышей, mus, и cattus, от captare, ловить. Бартоломей Английский в восемнадцатой книге труда «О свойствах вещей» пишет о котах: «…зверь в юности похотливый, быстрый, весёлый и ловкий, резвясь, прыгает на всё, что перед ним, бегает за соломинкой и т.д.» — повторяя, к несчастью, печальное заблуждение про безопасность для кошек падений с любой высоты.


Hours of Charlotte of Savoy, Paris ca. 1420-1425. NY, Morgan Library Museum, MS M.1004, fol. 172r