Художник и поэт, представитель литературного андеграунда — Леонид Губанов

Леонид Губанов — легенда российской поэзии 1960–1970-х годов, представитель московского литературного андеграунда, один из организаторов скандально известного СМОГа (Самого Молодого Общества Гениев).

Художник и поэт,  представитель литературного андеграунда - Леонид Губанов

Несмотря на то что СМОГ просуществовал очень недолго (около 2х лет), Губанов и его соратники были известны по всему Советскому Союзу. Губанов был центром поэтического авангарда Москвы был знаком с Лилей Брик, Евгением Пастернаком, с Алексеем Крученых.

Образ жизни и выходки Губанова сравнимы с есенинским и маяковским: кабаки, успех у женщин, скандалы.

В рамках жизнетворчества Губанов не только воспроизводил поведенческую модель своих предшественников-поэтов, но и прямо проводил параллели между своей жизнью и их.

О важности чтения Губанов писал: «С осени я решил очень упорно заняться самообразованием. Потому что я чувствую себя невежей. Хотелось бы заняться живописью, музыкой, анатомией, философией, психологией, а также вопросами религии и т.д. Мне это необходимо в дальнейшем!!! Я белая рыба, но кроме соленой воды жизни мне нужен кислород знаний. Необходимо много читать, чем и занимаюсь. Сейчас читаю Бальзака, Куприна, Достоевского, Гёте, Стендаля и т.д.»

«Некоторые поклонники губановской поэзии все-таки считали, что у него много поспешного, проходного, что как поэт он до конца не реализовался. Никаких советов и замечаний Леня не принимал. Он и сам знал, что хорошо сделано, а что нет. Помню, позвонил он мне поздно вечером, сказал, что хочет прочесть что-то новое. Читал, почти не прерываясь, около часа. Я услышала цикл блестяще отработанных стихотворений. А когда выразила восторг, он спокойно сказал: “Я и сам знаю, что это удачно». И добавил: “Над стихами, конечно, надо работать, как учил этому Пастернак”» — вспоминала о нем мемуаристска Н. Шмелькова.

N.N.
Ты низменна и неизменна,
голубка белая моя,
как соль земли,
как кровь Вселенной,
как родниковая струя.
Ты узкий свет в начале брода,
Ты — бред, закованный в тиши,
Ты — жуткая, штрафная рота
моей потерянной души.
Тебя я к Богу не ревную,
вернуться больше не прошу.
Я по следам твоим брожу
и в рощах — тень твою целую!!!